EN|RU|UK
 Суспільство
  9162  4

 Парамедик добровольчої медичної служби ASAP Ворон: "20-річну Мілу поранило осколком, коли вона надавала допомогу бійцю з перебитою ногою на позиції, де тривав бій. Я був упевнений, що ми звідти не виберемося ..."


Автор: В.Кіртока

16 квітня увечері в Пісках осколками міни вбило одного бійця і поранило трьох. Медики рятували найважчого пораненого безпосередньо на позиції, через що постраждали й самі. Але вивезли його і тіло загиблого під щільним ворожим вогнем, причому одне колесо карети заплуталося в дроті-путанці. Поранена фельдшер дозволила оглянути себе й обробити рану тільки в госпіталі.

Мне показывают записи с телефонов бойцов, бесстрастно зафиксировавшие события того вечера. Разрывы от прилетевших мин четко видны между разрушенными домами в Песках. Вот темный дым поднимается во дворе большого строения. Военные объясняют: мина точно попала в одну из наших позиций. Вскоре вдоль улицы пробежал человек. Затем появляется светлого цвета фургон - едут медики. Машина останавливается между двумя дворами. Один человек остается возле нее. Остальные отправляются в эпицентр взрыва. Активность врага усиливается. Видно, как по карете, представляющей собой отличную мишень, ведется огонь: летят пули, гранаты... Что в это время происходит во дворе, где находятся раненые и погибший с врачами, непонятно.

"По медикам явно работает БМП, - объясняют мне в штабе батальона происходящее на видеозаписях. - А вот наши дают ответку, прикрывают медиков. Видите, возле кареты опять появились люди, стало активнее? Это погрузили погибшего и раненого, сейчас будут выезжать. Наши будут работать еще активнее, чтобы обеспечить отход машины. Водителю же придется ехать в зоне прямой видимости врага. Видите, как четко видна машина?" И правда, даже от беззвучной записи становится жутковато. А представить, какое море звуков сопровождало бой…

"С одной стороны, сами медики не должны были ехать непосредственно туда, где наши бойцы получили ранения, - говорит командир батальона, дислоцирующегося в Песках. - Есть точка эвакуации, куда всех пострадавших должны были вынести. Но так случилось, что ранения получили практически все бойцы, там находившиеся. Сергей Кудым, оставшийся невредимым повел себя, как настоящий герой. Он и помощь оказывал, и врачей вызвал, и помог им погрузить тяжелораненого. Еще и сообщил о ранении девочки-медика. Медицинская бригада тоже проявила мужество и храбрость, работая фактически на поле боя. Я считаю, что все они заслуживают награды, и подал их и на государственные ордена-медали, и на представление к званию Народный герой Украины". 

"ПОСЛЕ ДВУХ РАНЕНИЙ, КОТОРЫЕ У МЕНЯ БЫЛИ РАНЬШЕ, РЕШИЛ НАБИТЬ НА ПЛЕЧЕ АНГЕЛА-ХРАНИТЕЛЯ. ОН МЕНЯ И СПАС В ЭТОТ РАЗ – У МЕНЯ НИ ЦАРАПИНЫ"

Пока мы смотрели видеозапись и мне объясняли все происходящее, с позиции пришел тот самый героический боец Сергей Кудым. Когда он рассказывал о событиях, участником которых стал, казалось, пережил все это снова. Ему сейчас очень нелегко. Но он продолжает с достоинством выполнять свой долг, чем вызывает восхищение и уважение. 

Парамедик добровольчої медичної служби ASAP Ворон: 20-річну Мілу поранило осколком, коли вона надавала допомогу бійцю з перебитою ногою на позиції, де тривав бій. Я був упевнений, що ми звідти не виберемося ... 01

- Во дворе из домов мы оборудовали наблюдательный пункт, - рассказывает 32-летний Сергей Кудым, житель Житомирской области. – Увидев оживление на передней линии врага, поняли, что враг собирается бить по нашим позициям, и спрятались за своим наблюдательным пунктом. Это было безопасное место. Мы не раз там укрывались во время обстрелов. Но в этот раз мина прилетела прямо во двор, где мы находились. Она разорвалась в семи метрах от меня. Так получилось, что я стоял за одним из бойцов. Поэтому в меня осколки и не попали. Повезло... Но все остальные пострадали. Один был сильно контужен. У второго зацепило плечо. У Александра Дудара, который стоял передо мной, серьезно пострадала нога. А 19-летний Макс Черкун погиб... 

Раненые кричали от боли. Внутри наблюдательного пункта на посту находился дежурный. Я крикнул ему: набирай медиков. Но при взрыве перебило провод. Пришлось передавать данные по рации, которую могут прослушивать враги, что у нас четверо трехсотых. Трое в сознании, а один без... Мы не хотели верить, что Макс погиб… И тут начался массированный пулеметный обстрел, в нас полетели ВОГи и РПГ. Двоих раненых я затащил внутрь наблюдательного пункта, а Дудар кричал сильно. Я видел, что с его ногой что-то серьезное. Поэтому решил его не перетаскивать, чтоб не навредить. Он лежал в более-менее безопасном месте, хотя тогда нигде не было безопасно… У меня под рукой не было сильнодействующего обезболивающего, но жгут я наложил, чтоб кровь остановить... Кинулся к Максиму. Он был без сознания. Давай прощупывать пульс. Но его не было... Прячась, он присел на стульчик, который там стоял. Так и сидел. Я стащил его и положил на землю. Тогда и увидел справа за ухом входящее отверстие, откуда бежала кровь. Больше никаких повреждений не было.

Медики приехали быстро. Но к тому времени двое раненых, которые были полегче, ушли сами на другую позицию, откуда их потом забрала другая бригада. А к наблюдательному пункту прибыла команда, которая постоянно дежурит прямо в Песках, неподалеку от передовых позиций. Парень и девушка, вбежав во двор, сказали, что их машина зацепила колесом путанку. Водитель ее пытается снять. Они тут же начали работать с Сашей, вкололи ему обезболивающее, сняли турникет, который я наложил, перетянули его выше. Работали четко и слаженно. Они несколько раз проверили пульс и дыхание у Максима. Признаков жизни не было. А мне так хотелось надеяться, что шанс спасти его есть... Девочка-медик тоже в это верила. Быстро и умело она бинтовала голову Макса, когда в стену над ней прилетел ВОГ. Один из осколков и попал ей в лоб. Она крикнула. Лицо медика тут же залила кровь, но она продолжала работать. Говорила, что Макс вроде бы все же дышит. 

Мы с медиком отнесли в машину раненого в ноги, вернулись за Максимом. Медик никак не давалась ее осмотреть и оказать помощь. Обстрел продолжался. Нужно было, чтобы машина уехала как можно скорее. Врачи запрыгнули в карету и водитель рванул. Я остался на месте. 

Для Сергея это не первая боевая ситуация. Он не только активно воюет, но и уже дважды был ранен. 

- 26 февраля мина прилетела неподалеку от той позиции, где я находился, - продолжает Сергей. - Осколки зацепили меня. Хоть я и был в бронежилете, металл зашел под лопатку. Пока ждал эвакуации, вернулся в окоп, где находился во время ранения. Он хорошо сделан, укреплен, чтобы не обсыпалась земля, с одной стороны для укрепления стены мы поставили металлический лист. Так он был весь, как решето, от попадания осколков. Мое ранение был легким. Осколки вытащили, и я вернулся в подразделение. Позже меня ранило в ногу в трех местах выше колена. Но и после этого я быстро вернулся на позиции. Когда лежал в больнице Покровска, внезапно решил набить на плечо ангела-хранителя. После ранений, которые у меня были, почувствовал в этом необходимость. Выбирал в интернете рисунки. Остановился на одном. 5 апреля меня отпустили в город. И я сделал татуировку. Думаю, поэтому меня и не зацепило. Хранит...

Парамедик добровольчої медичної служби ASAP Ворон: 20-річну Мілу поранило осколком, коли вона надавала допомогу бійцю з перебитою ногою на позиції, де тривав бій. Я був упевнений, що ми звідти не виберемося ... 02

"ЧУДО, ЧТО МЫ ВСЕ ВЫЖИЛИ. ТАКОЙ ПЛОТНЫЙ ОГОНЬ ТАМ ВЕЛСЯ ИЗ ВСЕХ ВИДОВ ОРУЖИЯ"

- Нас вызвали по специальной связи, - рассказывает 22-летний парамедик медицинской службы ASAP Виталий Зубко, позывной Ворон. – Сказали: трое раненых и одно бездыханное тело. На месте работали под плотным огнем. Там не стрелял, такое впечатление, только ленивый. И обстреливали наши позиции из всех видов оружия. Обезболив раненого, осмотрев ногу, убедившись, что больше повреждений нет, мы с бойцом позиции его отнесли в карету. Вернулись за погибшим, с которым оставалась Милка. Ее голова была в крови. Мы отнесли Максима. Мила запрыгнула в карету и продолжила оказывать помощь раненому в ноги. Я забрал с места ранения наш медицинский рюкзак. И мы уехали. Чудо, что мы все выжили. 

Парамедик добровольчої медичної служби ASAP Ворон: 20-річну Мілу поранило осколком, коли вона надавала допомогу бійцю з перебитою ногою на позиції, де тривав бій. Я був упевнений, що ми звідти не виберемося ... 03

Санитар Ворон (слева) и водитель-санитар Пиксель в 2014-2015 годах служили в добровольческих подразделениях, не раз были в боях. С сентября прошлого года оба несут службу в Песках в медицинской службе ASAP

- Вы же не должны были ехать непосредственно на место ранения бойцов...

- Максимум, куда мы выезжаем - это ротные опорные пункты, - соглашается Ворон. - Эта позиция была выдвинута. Мы уже выезжали на нее, поэтому знали дорогу. И то, что рванули именно туда, как раз хорошо. Выносить пострадавших было некому. Неизвестно, сколько бы мы ждали, пока это нашлось кому сделать. 

- Вы не могли не слышать стрельбу и звуки разрывов...

- Некогда было думать о риске. Когда слышишь, что где-то одновременно трое раненых, возможно, есть и погибший, все остальное уходит на второй план. Когда мы уже выезжали с ранеными и погибшим, СПГ прилетело выше нашей кареты. Хорошо, что выстрел был не точным…

Раньше я бывал в бою - в 2014-2015 годах воевал в добровольческом подразделении. Поэтому я прекрасно осознавал, что нужно делать, привык отвечать за себя. Сейчас постоянно прокручиваю эту ситуацию и виню себя в ранении девочки. Ее же зацепило, а не меня... Мила все время оставалась в сознании. Но в крови была вся карета - от пола до потолка. В мобильном госпитале мы уговорили медика, чтоб ее осмотрели врачи. Мила говорила, что не хочет оставаться на лечении, просилась обратно в Пески, понимая, что мы нужны бойцам. Хорошо, что мы настояли, сейчас она проходит реабилитацию во Львове. 

Под обстрелы мы выезжали и раньше. Я дежурю здесь, в Песках, с 1 сентября 2017 года. Так что было всякое. Машина наша мощная, но совершенно не защищенная. Несмотря на все обозначения, что она медицинская, по ней все равно целятся и пытаются попасть. 

Водитель-санитар скорой помощи, который тоже оказался в эпицентре событий, с 2014 года активно волонтерил, помогая армии, чем мог. А теперь дежурит в составе медицинской службы. 

- Меня сняли с воинского учета, потому что у меня пятеро детей, - говорит 43-летний водитель-санитар Вадим Скрипник, позывной Пиксель. – Поэтому в армию брать отказывались. Но я воевал, пока существовали добровольческие подразделения. Бывал тогда и в Песках. Когда узнал, что ASAPу нужны водители, решил поработать с ними, сделать таким образом свой вклад в защиту страны. Приехал в Пески я 25 сентября. И с тех пор здесь дежурю в составе медицинской команды. 

За три-четыре дня до этого нашего выезда была ситуация, когда раненого не могли вытащить с позиции. Тоже был плотный обстрел. И даже когда его все же перегрузили в нашу машину из УАЗика, вывезшего его с позиции, ребятам все равно пришлось прикрывать наш отход огнем. Поэтому, когда мы услышали о раненых, рванули сразу к ним. Я сдал задом между домами, чтобы хоть немного спрятать машину, не увидев там путанку. И зацепил ее одним колесом. Медики выскочили и побежали к раненым. А я давай пытаться ножом разрезать проволоку. Хорошо, она была простой, без специальных дополнительных колючек. Несколько струн я разрезал, но намотано было очень много. Тут прибежал боец Заза. Он нашел лопату и прижимал путанку, а я рубил ее лопатой, как топором. Так металл не выдержал, скоро скрутился в трубочку. Напряжение было сильнейшим. Если бы мы не срезали проволоку, мы бы оттуда не смогли выехать. Молился, чтоб у нас все получилось. 

Парамедик добровольчої медичної служби ASAP Ворон: 20-річну Мілу поранило осколком, коли вона надавала допомогу бійцю з перебитою ногою на позиції, де тривав бій. Я був упевнений, що ми звідти не виберемося ... 04

Та самая машина

Когда принесли раненого, а потом погибшего, и я увидел Милу и ее залитое кровью лицо, только и спросил: "Ты нормально?" В таких ситуациях нельзя поддаваться эмоциям. В машине было темно, но фельдшер поставила капельницу, вводила лекарства. Себе помощь не оказывала. И не давалась, чтоб Ворон ее осмотрел. 

Я же был занят дорогой. Нам предстоял участок, где легко можно было порезать покрышки. Был настолько сосредоточен, что не обращал внимания на выстрелы и разрывы. Мысленно обращался к Богу и мечтал поскорее выскочить на республику Мост - блокпост, после которого до полевого госпиталя дорога уже безопасна. Конечно же, я переживал и за Милку, помнил о том, что она тоже ранена. 

Уже в Селидово Ворон залез под колеса и вытащил приличный комок остатков проволоки. Нам повезло, что она сбилась под днищем, а не заклинила ходовую и колеса. 

Весь следующий день мы с Вороном отмывали карету от крови. Она была даже на потолке. 

Парамедик добровольчої медичної служби ASAP Ворон: 20-річну Мілу поранило осколком, коли вона надавала допомогу бійцю з перебитою ногою на позиції, де тривав бій. Я був упевнений, що ми звідти не виберемося ... 05

- Вы ведете статистику, сколько раненых вывезли с позиций, где дежурили? 

- Когда приехал в свою первую ротацию на Светлодарскую дугу, поначалу считал, кого вывозил, но быстро сбился и перестал это делать. Главное, как можно скорее доставить медиков к раненым и затем вывезти их или на точку эвакуации, или в госпиталь. 

- Как семья относится к тому, что вас нет дома, что вы на войне? 

- С пониманием. Мы живем в Днепре, городе, куда войну не пустили мы сами. До линии фронта всего двести пятьдесят километров. У нас с женой четыре сыночка и лапочка дочка. Я очень не хочу, чтоб воевали мои сыновья, поэтому делаю свой вклад в нашу общую победу. 

Мила для меня настоящая героиня. Она такого же возраста, как моя дочь. Ей тоже всего 19 лет, поэтому и испытываю к ней отцовские чувства. Впервые я увидел ее в Карловке, в медроте 57-ой бригады. Совсем юная девочка сразу располагает к себе: симпатичная, обаятельная, вежливая - со всеми на вы. Как оказалось со временем, прекрасно готовит, всегда приветливая, щебечет. А когда работает, у нее никогда нет паники. 

В пятницу Людмилу выписали из госпиталя и уже в понедельник она вернулась на службу.

Парамедик добровольчої медичної служби ASAP Ворон: 20-річну Мілу поранило осколком, коли вона надавала допомогу бійцю з перебитою ногою на позиції, де тривав бій. Я був упевнений, що ми звідти не виберемося ... 06

Мила с Вороном возле дома в Песках, который находится в нескольких сотнях метров от передовой, где команда несет постоянное дежурство и откуда может прибыть к раненым в считанные минуты

Виолетта Киртока, "Цензор.НЕТ"

Источник: https://ua.censor.net.ua/r3064320
Коментувати
Сортувати:
у вигляді дерева
за датою
за ім’ям користувача
за рейтингом
 
 
 
 
 
 вгору