EN|RU|UK
 Суспільство, Політика України
  20147  31

 МЕР НЬЮ-ЙОРКА ДОНЕЦЬКОЇ ОБЛАСТІ МИКОЛА ЛЕНКО: "НАВІТЬ ПІД ЧАС ДВОМІСЯЧНОЇ ОКУПАЦІЇ НА БУДІВЛІ СЕЛИЩНОЇ РАДИ ВИСІВ УКРАЇНСЬКИЙ ПРАПОР"

Новгородське біля Торецька розташоване практично на лінії вогню. Але тут є такі нововведення, яких не зустрінеш навіть у столиці.

Я не ошиблась, назвав поселок Нью-Йорком. Такое название он носил с дня создания в 1892 году и до 1951, когда иностранное имя русифицировали. Здесь была немецкая колония, которая активно развивалась: построили завод, на котором делали сельскохозяйственную технику, занимались и литьем металлов. Вскоре появились черепичный и кирпичный заводы. Переименовали его в Новгородское – вроде как созвучное имя с Нью-Йорком. Но не такое колоритное для этих мест. Городок, расположенный в сорока километрах от Донецка, находится по соседству с оккупированной Горловкой и несмотря ни на что, старается выжить в сложившейся ситуации. А ведь и он два месяца находился в руках сепаратистов, что только укрепило его руководство в проукраинской позиции. Но при этом и свою "европейскую" историю здесь стараются не забывать. И уже инициировали процесс возвращения прежнего имени поселку.

Мер Нью-Йорка Донецької області Микола Ленко: Навіть під час двомісячної окупації на будівлі селищної ради висів український прапор 01
Такая "памятка" встречает всех, кто входит в здание поселкового совета Новгородского

Самое потрясающее здесь, в зоне АТО, в трех километрах от передовой, то, что центральные улицы освещаются фонарями, питающимися от... солнечных батарей. На каждом столбе закреплена небольшая панель. Никто их не скручивает, не пытается снять, разбить. Их, как диковинку и особенность городка, показывают приезжим и военные, которые здесь располагаются, и, конечно же, глава Новгородского поселкового совета Николай Ленко. Молодой энергичный мэр пережил оккупацию города в 2014 году вместе с другими жителями. И сейчас не поддерживает жизнь в родном городе, а всячески ее улучшает. Хотя возможностей для этого у него не много.

Мер Нью-Йорка Донецької області Микола Ленко: Навіть під час двомісячної окупації на будівлі селищної ради висів український прапор 02


"НИЧЕГО ХОРОШЕГО ОТ ТОГО, ЧТО МЫ БЕДНЕЕМ, НЕ БУДЕТ. И ЖИТЕЛЯМ ОТ ЭТОГО ЛЕГЧЕ НЕ СТАНЕТ"

– Возвращение названия Нью-Йорк – это, конечно же, некий пиар-ход, который поможет сделать наш поселок инвестиционно привлекательным, – говорит Николай Ленко. – Для нас это важно. Использовать нужно самые разные методы. Общественники городка уже отправили письма в Германию, в мэрию города Йорк.. Многие путают наш Нью-Йорк с американским. Но основали поселок выходцы из немецкого Йорка, а приставка Нью появилась, как обозначение нового места, где они поселялись.

Мер Нью-Йорка Донецької області Микола Ленко: Навіть під час двомісячної окупації на будівлі селищної ради висів український прапор 03
На заправку возле фенольного завода невозможно не обратить внимание

Самое главное – нам нужно наполнять бюджет. Из-за принятия закона "Об освобождении от налогов предприятий на не подконтрольной территории и на линии соприкосновения", а мы, Авдеевка, Торецк, попали под его действие, из пяти с половиной миллионов гривен поступлений в бюджет осталось миллион восемьсот. Это практически заработная плата сотрудников аппарата и оплата энергоносителей. Все! Социальные проекты придется свернуть. Сейчас обсуждаем ремонт дорог. Они разбиты после зимы, движения техники, но как их отремонтировать, если нет денег?

Николай Ленко занимает должность мэра Новгородского с 2010 года.

– Последние годы в нашей серой зоне выборы не проводятся, поэтому я остаюсь на этой должности. Помощи, скажем прямо, мало, а нагрузка колоссальная.

Мы встречались с Николаем Николаевичем в его кабинете в день, когда в городе ожидали визит губернатора. К сожалению, его планы поменялись, и он так и не смог приехать.

– У нас есть несколько важных вопросов для обсуждения, – продолжает мэр. – Мы хотим понимать стратегию нашего дальнейшего развития. Вы же знаете, после подписания Закона Украины "О добровольном объединении громад" в рамках реформы децентрализации, населенные пункты начали объединяться. На сегодняшний день мы определились и готовы идти на объединение с Торецком, но для развития нам необходим земельный ресурс, ведь город и поселки четко ограничены по границам жилой застройки. По сути, даже огороды наших жителей находятся в другом районе. Вопросов хватает. Это и строительство полигона ТБО, расширение поселкового кладбища, разработка карьеров... Тут, по соседству, больше 26 населенных пунктов слились в одну громаду. В итоге по населению там получилось всего 11 тысяч людей. А у нас только в поселке живет больше 12 тысяч! Вместе с городом – это аж 70 тысяч. Поэтому вопрос земли стоит очень остро.

Касаясь закона "Об улучшении инвестиционного климата", то здесь тоже нужно подходить точечно. Он подходит для не подконтрольной территории, так же как и для населенных пунктов Пески, Широкино, но для нашего поселка и некоторых других населенных пунктов города Торецка в законе должны быть прописаны изменения. Тогда фенольный завод, как бюджетообразующее предприятие, который продолжает работать и даже снова начал получать прибыль, сможет наполнять наш бюджет. Ничего хорошего от того, что мы беднеем, не будет. И жителям от этого легче не станет. Ради экономии нам придется выключать наружное освещение, мы не сможем отремонтировать дороги, свернем социальные программы. Как следствие, возможно ухудшение криминогенной ситуации, да и в информационной войне мы не должны проигрывать. Люди с той стороны должны знать, что в Украине жизнь лучше. Даже на самой линии разграничения. Как раз наши солнечные батареи и спасают нас, как уже не раз спасали. Уже такое было – электричества в городе нет, а улицы освещены. Это же очень хорошо.



Мер Нью-Йорка Донецької області Микола Ленко: Навіть під час двомісячної окупації на будівлі селищної ради висів український прапор 04

Так выглядят солнечные батареи на фонарях в Новгородском. Снимок из газеты "Народная армия"

– Ваши солнечные батареи поражают...

– Да, наша гордость, не везде такое есть, – улыбается Николай Николаевич. – Месяц назад мы с дирекцией фенольного завода обсуждали вопрос передачи наружных линий освещения на наш баланс. А это еще дополнительные расходы: около 300 тысяч в год. О том, что такая передача состоится, мы знали еще в 2012 году. И начали готовиться к этому, переходить на альтернативные источники энергии. Осветили с помощью солнца первую улицу, затем установили панели на автовокзале. Планировали также установить их на каждой детской площадке, над остановками. До конца года закончим монтировать солнечную линию на улице Горловской, которая ведет прямо к линии разграничения. Она без тротуара – нужно, обезопасить людей.

– Такое освещение обходится дешевле, чем электричество?

– Благодаря солнечным батареям ежемесячно экономим около десяти тысяч гривен. Вы же знаете, что сейчас нет льготного ночного тарифа. А срок работы аккумуляторных батарей – от трех до пяти лет. Все это время мы не тратимся на электроэнергию и обслуживание панелей.

"В НАШЕМ ПОСЕЛКЕ СЕМЬДЕСЯТ ДОМОВ РАЗРУШЕНЫ АРТИЛЛЕРИЙСКИМИ ПОПАДАНИЯМИ"

– У нас работает много социальных программ, – продолжает Николай Николаевич. – За счет бюджета хороним одиноких, доставляем на экспертизу их тела. Помогаем онкологическим больным, пострадавшим от обстрелов, возим детей в школу, детский сад. Сейчас все это оказалось под большим вопросом. Хотя помощь людям сейчас нужна еще в большем объеме. Обстановка, в которой живут жители Новгородского, стрессовая, поэтому у многих обострились нервные заболевания, онкобольных стало больше, все чаще выявляют сахарный диабет, сердечно-сосудистые заболевания. До этого времени мы могли выделить для заболевшего раком человека всего две тысячи гривен. Капля в море расходов. Но хоть что-то. Сейчас и этих денег у нас не будет... Фенольный завод планировал передать нам всю свою социальную сферу, но мы сейчас этого просто не потянем.

Мер Нью-Йорка Донецької області Микола Ленко: Навіть під час двомісячної окупації на будівлі селищної ради висів український прапор 05
Фенольный завод не только продолжает работать, но и снова стал приносить прибыль, а значит – наполнять местный бюджет

– Фенольный завод тоже не способствует укреплению здоровья местных жителей...

– У нас есть люди, которые работали на заводе всю жизнь и прожили по сто лет. Сейчас, конечно же, много внимания уделяется экологии, ставятся современные системы экологической безопасности. На Донбассе везде ситуация похожая, ведь здесь много вредного производства... Где-то фонят терриконы, и там свой набор болезней. Сейчас остро стоит вопрос, куда направлять больных людей. Раньше же все попадали в донецкий онкоцентр. Он был одним из самых крупных в стране. И сейчас люди пытаются туда попасть. Часть специалистов там остались, но не все препараты есть. А киевские и харьковские клиники – дорого для наших людей. За время войны они серьезно обеднели.

Мы активно привлекали грантовые проекты, инвестиции. Только благодаря сотрудничеству с организациями, работающими под эгидой ООН, пробурили две скважины, поставили водонапорную башню. Так нам удалось автономно запитать водой самый большой микрорайон. К нам же вода приходит из Славянска. И в 2014 году с ней была огромная проблема. Больше двух месяцев в городе не было воды. Наученные таким опытом мы решили делать свои скважины, чтобы не зависеть ни от кого. Но в каждой грантовой программе есть долевое финансирование. И как нам работать, развивать город, если не будет возможности вносить свою часть денег?

Все годы до этого поселок давал субвенции городскому совету. В поселке было много предприятий. Новгородский машиностроительный завод полного цикла, на котором работали три тысячи человек. На фенольным – тысяча. Были еще мелькомбинат с элеватором, предприятие по ремонту сельхозтехники, несколько автопредприятий, кирпичный завод. К нам на работу приезжали жители из ближайших населенных пунктов. Поселок был сильный. А потом с каждым годом становилось все хуже, закрывались предприятия. Но мы все равно не сдаемся и стараемся зарабатывать, искать возможности создавать новые рабочие места. До начала войны наш бюджет был одиннадцать миллионов гривен. И тут снова такой провал по деньгам...

– Сколько в Новгородском побито домов, много переселенцев вы приняли, сколько жителей уехали из зоны АТО? Есть у вас такая статистика?

–По примерной статистике – тысячи полторы людей выехали и столько же заехало. Главная проблема миграции – поселок потерял людей качественно. К нам переехало много пожилых людей, асоциальные семьи, это жители оккупированных Макеевки, Горловки, Донецка. А уехали молодые специалисты, у которых есть перспектива в других городах страны и за ее пределами. А без профессиональной рабочей силы очень сложно будет строить экономический потенциал региона.

В данный момент в социальной помощи в поселке нуждается около четырех тысяч человек. Разные благотворительные фонды привозят самую разную "гуманитарку", но меньше потребностей не становится. Сами же люди, бывает, превратно понимают идею благотворительности. Иногда мне очень стыдно перед руководством фондов за такое поведение наших жителей. Им дали гречку, а они говорят: "Мы хотим рис"...Самое важное – нам нужны новые рабочие места. Надо людей снова учить работать, а не поощрять их зависимость от благотворительной помощи. Да, многие действительно нуждаются, но в очередях за "гуманитаркой" много молодежи, которая расталкивает стариков, а потом идет продавать полученное... Малый бизнес ищет работников – и продавцов, и водителей, но многие уже работать не хотят. Только и спрашивают: а когда будет помощь?

Перед войной население Новгородского было тринадцать с половиной тысяч человек, сейчас на тысячу меньше. 70 домов разрушено в результате артиллерийских обстрелов. Попадали и в водонапорную башню, рядом с поселковым советом и железнодорожной станцией. К счастью, сильно поселок не пострадал. Можно предполагать, почему. С одной стороны – на нашей территории находится химический завод. Если повредить его сырьевые емкости, то в реку Северский Донец попадут опасные для человека вещества. А вода идет аж на российскую территорию. Поэтому, если что, пострадает и та сторона. А второе предположение – часть сепаратистов, которые стоят напротив нас, жители нашего же поселка. И здесь остались их родные и близкие... Рассчитывать на их добрую волю, конечно, не приходится. Но последний год у нас стало тише, чем раньше.

– Что вам важно сделать в ближайшее время?

– По дороге в Верхнеторецкое есть автомобильный металлический мост. Накануне войны его должны были построить заново, ведь он изношен на все сто процентов. Строительная организация не приступила к работе, хорошо хоть деньги вернула. Его нужно заменить обязательно.

– Сейчас много и активно говорят о децентрализации. Как это отразилось на вас?

– Мы одними из первых прошли процедуру добровольного объединения со Щербиновкой, откуда я сам родом, и еще несколькими селами. Но мы не вписались в перспективный план области. Нам говорят – слишком маленькая у вас громада. Нужно работать вместе с Торецком. Сейчас идем в этом направлении. Главная проблема – те земли, которые находятся вокруг наших населенных пунктов. Между нашим поселком и селами, с которыми мы объединяемся, находятся земли Ясиноватского и Константиновского районов. Мы внутри их, как острова. Пытаемся бороться, чтобы создать единую нормальную громаду, которая сможет выжить в этих условиях. Ищем правильную мотивацию, чтобы нас услышали, поняли. Иногда меня обвиняют в якобы излишней заинтересованности и напористости. Но мне действительно хочется сделать все так, чтобы поселок, пусть вместе с городом, но обязательно выжил. Ведь здесь и моя семья живет. Мы честно работали, не сняли флаг Украины, не сбежали во время оккупации.

Здесь, в Новгородском, у меня и родители работали. Мне всегда нравился этот поселок. Но война нас всех очень подкосила. Мы же считались пригородом Донецка. 40 километров - и там. Многие продавали квартиры в городе, покупали жилье здесь, строили дома. В Сухой Балке поселились многие зажиточные жители Донецка.

– Вы в партии состоите?

– Сейчас нет. А до 22 февраля у нас была единственно возможная партия. Без нее никуда нельзя было попасть. Батальон "Айдар" задавал мне все эти вопросы, когда зашел в город. Мне скрывать и стыдиться нечего, многие патриоты знали мою позицию. У нас весь город был в этой партии. 22 февраля 2014 года я вышел из партии. А три человека – депутаты нашего поселкового совета – смылись на ту сторону.

Многие проявили себя по-разному в тот период, когда мы были в оккупации. Я знаю всего несколько человек, которые открыто заявили о своей проукраинской позиции. В том числе и директор школы №17. Я восхищаюсь ее смелостью. К ней пришли и начали рассказывать, что преподавание нужно организовать на русском языке. А у нас все школы украинские уже лет семнадцать. Два часа директора держали в кабинете, не выпускали, угрожали, а в это время обворовали ее дом. Все вынесли...

Во время боя, в результате которого нас освободили, раненых вызвался вывозить мой друг, который до этого занимался цветочным бизнесом. К нам скорые не отправляли, а у него Газель с кондиционером. Поселковая же больница – гериатрическая, в ней помочь тяжелым раненым не могли. Вот вместе и вывозили, спасали наших бойцов. С тех пор очень сдружились с военными, особенно с разведчиками, спецами... Они всегда у нас останавливаются, в гости заезжают.

– Кем вы были до мэрства?

– Предпринимателем. Сетью продуктовых магазинов теперь управляет жена. Наши двое сыновей учатся в Киеве. Старший в Национальном университете имени Тараса Шевченко на химическом факультете. Также он учится и на военной кафедре химической защиты. А младший очень хотел поступить на информационные технологии в КПИ, но в итоге попал на прикладную математику. Ему очень сложно, но тянет, не жалуется, также занимается на военной кафедре, изучает радиоразведку. Дети приезжали домой на Пасху и на майские праздники.

– То есть не вы к ним, а они к вам, в зону АТО, ездят?

– Раньше мы чаще старались к ним выбираться. Когда они в Киеве, я чувствую себя гораздо спокойнее. Но они тоже хотят домой, скучают. В конце августа 2014 года я отправлял сыновей на учебу. В середине дня, когда мы уже должны были выезжать, мою машину расстреляли сепаратисты. Хотя к тому времени поселок уже был два месяца как освобожден. Вражеские ДРГ иногда заезжали в поселок. Не раз происходили стычки, перестрелки... При зачистках поселка выявляли и корректировщиков огня – на многоэтажках, с которых видно Горловку, Торецк... Вот оттуда нашим врагам и сдают координаты. У нас тут до сих пор разные настроения. Поэтому о местных волонтерах мы не очень рассказываем, имена не всех можно называть. Время от времени нашим активистам приходят нехорошие сообщения с той стороны...

"МЕНЯ ОСТАНОВИЛИ НА ПУНКТЕ ПРОПУСКА ДЛЯ ПРОВЕРКИ ДОКУМЕНТОВ. СМОТРЮ – НА ПАРНЕ. КОТОРЫЙ ИЗУЧАЕТ МОЙ ПАСПОРТ, НАДЕТ МОЙ СВИТЕР, КОТОРЫЙ Я ОТДАЛ В ПОЛЬЗУ АРМИИ"

Николай Ленко гордится построенным спорткомплексом. Правда, его упрекают в том, что он потратил слишком... мало средств.

– Мы вложили туда полтора миллиона гривен, – говорит Николай Николаевич. – И теперь все службы меня спрашивают: как это у тебя получилось? Подобные по двадцать миллионов строят! А у нас всего полтора. И отличный комплекс. Мне кажется, это странная претензия.

Когда мы выиграли грант регионального развития, за двести тысяч отремонтировали борцовский зал. И уже вскоре тренеры из Торецка переехали к нам и достаточно быстро показали отличные результаты: четверо борчих Новгородского стали чемпионами Украины. А Профатилова Татьяна стала участницей Чемпионата Европы. Мы все искренне надеемся, что она попадет на Олимпиаду и прославит наш поселок на весь мир.

Мер Нью-Йорка Донецької області Микола Ленко: Навіть під час двомісячної окупації на будівлі селищної ради висів український прапор 06
На территории этого клуба расположен отремонтированный борцовский зал, который дал стране чемпионов

Мер Нью-Йорка Донецької області Микола Ленко: Навіть під час двомісячної окупації на будівлі селищної ради висів український прапор 07

В кабинете мэра на видном месте – между флагом Украины и поселка – красуется герб страны.

– Это подарок бойцов батальона "Волынь", – объясняет Николай Ленко. – Он выполнен из янтаря. Если совсем припечет, будем выковыривать по камешку и продавать, чтобы пополнить бюджет. Но, надеюсь, до этого не дойдет. Видите, у нас есть разрисованные красками гильзы, подарок от комбата 95-й десантно-штурмовой бригады, много грамот от комбатов. Нас освобождал 34-й батальон. Но мы благодарны всем ребятам, кто стоял на защите родного поселка- 1, 17,43, Айдар, 122,95. Кто помнит всем привет. Патриоты и волонтеры поселка внесли большой вклад в строительство первой линии обороны. Наш трактор не один раз обстреливали. Мало кто хотел ехать на позиции, но смельчаки находились.

Мер Нью-Йорка Донецької області Микола Ленко: Навіть під час двомісячної окупації на будівлі селищної ради висів український прапор 08
Подарок от бойцов 95-й десантно-штурмовой бригады

Знаете, за эти годы всякое случалось, но чаще всего мне вспоминается такой забавный случай. После того, как нас освободили, мы выяснили, что у 34-го батальона проблемы с питанием, теплой одеждой. И в моем кабинете, в комнате отдыха образовался пункт сбора помощи военным. Девчата собирали все необходимое, стирали все. Развешивали в моей комнате отдыха... Все было забито. Куртки, штаны висели. И вот как-то меня остановили на пункте пропуска для проверки документов. А я смотрю – на парне, который изучает мой паспорт, мой свитер! Я улыбнулся, поблагодарил бойца за работу и поехал дальше... Собранные продукты мы привозили в детский сад, а повара готовили борщи, котлеты – и отвозили горячую еду ребятам. Машину мэрии расстреляли, когда она везла горячие обеды на линию разграничения..

Новгородское еще и единственный поселок в районе, где не сняли украинский флаг даже во время оккупации.

– Его сорвали "гиркинцы", которые уходили из Славянска через наш поселок, – говорит Николай Ленко. – Увидев флаг, боевики просто сдурели. Но на следующий же день мы вернули флаг на место. Для нас это важно. Будем ли мы носить и дальше название Новгородское или станем Нью-Йорком, поселок всегда будет украинским.


Виолетта Киртока, "Цензор.НЕТ"
Коментувати
Сортувати:
у вигляді дерева
за датою
за ім’ям користувача
за рейтингом
 
 
 
 
 
 вгору